Три лабораторных опыта о том, как люди ведут себя после проверки. Оказалось, что поведение меняет не прибор и не вердикт, а разговор, в котором называют результат.
Когда в компании случается неприятность, меня чаще всего просят об одном: проверить людей и сказать, кто. Заказчик покупает результат — имя, факт, ответ на вопрос. Это понятная покупка, и я её не осуждаю: за ней стоят деньги, которые уже потеряны.
Но у проверки есть вторая часть, о которой в момент заказа не думает почти никто. После неё люди продолжают работать. И ведут себя дальше не совсем так, как вели бы, если бы проверки не было, — независимо от того, что показал прибор.
Об этой второй части почти нет данных: измерить, как человек поведёт себя через месяц после проверки, в обычной компании невозможно. Поэтому исследование, о котором пойдёт речь, мне и интересно — в нём попытались измерить именно это.
Работа вышла в журнале Judgment and Decision Making в 2019 году, она в открытом доступе, и любой желающий может проверить каждую цифру ниже. Три опыта, 277 участников.
Устроено просто. Человек выполняет компьютерное задание, в котором можно немного смошенничать в свою пользу и заработать на этом. Потом его сажают за полиграф — настоящий прибор, регистрация кожно-гальванической реакции, вопросы в наушниках. А затем сообщают результат.
И вот главная деталь: результат выдавали случайным образом. Одним говорили «обман зафиксирован», другим — «признаков обмана нет», и это никак не зависело от того, мошенничал человек на самом деле или нет. После этого он возвращался к заданию, и исследователи смотрели, изменится ли его поведение.
В контрольной группе, которая проверку не проходила, ничего не изменилось: показатель обмана остался прежним (24,2 в первой половине задания, 26,3 во второй).
А вот те, кому назвали результат, во второй половине повели себя иначе. У получивших «обман зафиксирован» показатель упал с 22,7 до 13,4. У получивших «признаков обмана нет» — с 26,3 до 19,6. Оба снижения статистически значимы.
Обратите внимание, что именно здесь удивительно. Снизили обман обе группы. Не только те, кого «поймали», но и те, кому сказали, что они чисты. Если бы дело было в страхе разоблачения, вторая группа должна была бы расслабиться — а она тоже стала честнее.
Во втором опыте проверку провели, но результат участникам не сообщили. Показатель обмана не снизился (36,8 в первой половине, 39,6 во второй — разница незначима).
В том же опыте была ещё одна группа, которой перед заданием предложили вспомнить и записать десять заповедей. Вот у неё обман снизился.
В третьем опыте исследователи убрали эффект напоминания и посмотрели, влияет ли на поведение содержание вердикта. Не влияет: между получившими «чисто» и получившими «обман зафиксирован» разницы в количестве обмана не нашли.
Это и есть, на мой взгляд, самый твёрдый вывод работы, хотя выглядит он скромно. Дело не в том, что человеку сказали, а в том, что с ним вообще поговорили о результате. Похвала и упрёк сработали одинаково; молчание не сработало вовсе.
Была там ещё одна находка — про физиологическое состояние тех, кто продолжал обманывать после разных вердиктов. Но разница оказалась на грани статистической значимости, авторы это честно оговаривают, и выводов на ней я строить не буду.
Дальше — обязательная часть, без которой предыдущие абзацы можно понять неправильно.
Это лаборатория, а не компания. Участники — студенты, задание — игра на небольшие деньги, вердикт выдавался случайно, а поведение измеряли сразу после, в том же помещении и в тот же день. Что происходит с человеком через неделю после настоящей проверки на настоящей работе, эта работа не говорит — авторы прямо пишут, что это вопрос для будущих исследований.
И ещё важнее. Работа не про точность полиграфа. Авторы специально оговаривают, что не ставили задачу проверять научную валидность метода, и упоминают, что спор о ней продолжается. Измеряли они не «сколько раз прибор угадал», а «как человек ведёт себя после того, как ему назвали результат». Это разные вопросы, и смешивать их не стоит — в том числе тем, кто хотел бы использовать эту работу как аргумент за метод.
Теперь то, ради чего я вообще взялся об этом писать.
Первое. Ко мне регулярно приходят с запросом провести проверки «тихо»: людей проверить, а результаты оставить у руководства. Причины понятные — не пугать коллектив, не портить отношения, не давать повода для обид. Судя по этой работе, из такой схемы уходит ровно то, что меняет поведение. Компания платит за процедуру, а получает только справку для себя.
Второе, и оно мне ближе всего. Я двадцать с лишним лет повторяю заказчикам одну и ту же фразу: результат проверки — это основание для разговора, а не справка о порядочности. Обычно это звучит как осторожность полиграфолога, который не хочет отвечать за свои же выводы. А теперь под ней есть измеренная сторона: в опытах работала не бумага с вердиктом, а сам факт разговора. Само по себе «чисто» не сделало никого честнее.
Третье. Отсюда же видно, почему проверка, назначенная как наказание, работает хуже, чем проверка, встроенная в нормальный порядок работы. В первом случае разговор о результате превращается в приговор, во втором остаётся разговором. Разница не в приборе и не в вопросах — в том, что происходит в комнате через пять минут после того, как прибор выключили.
Если в вашей компании когда-нибудь проводили проверки, вспомните, чем они закончились. Не что показал прибор — а что было сказано людям после.
Если выяснится, что не было сказано ничего, стоит задать себе простой вопрос: за что тогда платили — за изменение или за спокойствие?
Как проходит проверка от звонка до заключения — отдельная страница. Что метод может и чего не может — статья про границы метода.
Источник: Peleg D., Ayal S., Ariely D., Hochman G. The Lie Deflator — the effect of polygraph test feedback on subsequent (dis)honesty. Judgment and Decision Making, 2019, 14(6) — doi.org/10.1017/S1930297500005441, открытый доступ. Цифры приведены по трём опытам работы: 99, 115 и 63 участника.
Скажем прямо, ответит ли полиграф на ваш вопрос — и что делать, если нет. Конфиденциально.
+7 (929) 534-40-45Мы проводим проверки и корпоративные расследования с 2004 года. Если у вас происходит что-то похожее на описанное выше, обычно имеет смысл сначала просто позвонить и разобраться, нужна ли вообще проверка.
Аккредитации и документы →